СПГ Klaipedos nafta

Годы стараний: как Литва уходила от "Газпрома" и пришла к "Газпром экспорту"

33709
(обновлено 14:29 06.02.2020)
Литва получает российский СПГ с завода "Новатэка" "Криогаз-Высоцк", подписывая контракты с "Газпром экспортом", рассказал Борис Марцинкевич

РИГА, 6 фев — Sputnik. Заявления Литвы о том, что страна ушла от "опасной зависимости" от "Газпрома" не вполне соответствуют действительности – часть СПГ на этот рынок поставляет "Новатэк" с завода "Криогаз-Высоцк", который работает на сырье из трубы все того же "Газпрома", заявил главный редактор аналитического журнала "Геоэнергетика.ru" Борис Марцинкевич.

"Ресурсным источником для завода "Криогаз-Высоцк" является газопровод компании "Газпром" и газ в нем содержащийся. 49,9% акций "Криогаз-Высоцк" принадлежат "Газпромбанку", контракты на поставку СПГ, который производится в Высоцке, подписывает компания "Газпром экспорт" (через агентское соглашение, завод по закону не имеет права самостоятельно экспортировать продукцию – ред.)", - заявил Марцинкевич в программе Sputnik Литва "Энергетические лабиринты Балтийского моря".

Он пояснил, что в Литве этот СПГ позиционируют как новатэковский, то есть продукт частной компании, и "это вроде не так страшно".

"Если Литва откажется от закупок трубопроводного газа у "Газпрома", он вздохнет и скажет: "Ну и ладно, хорошо, покупайте его же, но в виде СПГ", - сказал Марцинкевич.

Энергонезависимость от РФ за счет газа из РФ

Литва неоднократно заявляла об опасной, по ее мнению, зависимости от российского газа и выражала желание использовать других поставщиков. В частности, планировалось диверсифицировать поставки газа за счет покупки СПГ у США и Норвегии. С этой целью Литва арендовала у Норвегии плавучий терминал СПГ Independence ("Независимость").

В прошлом году Литва начала импорт СПГ с завода "Новатэка" в Ленинградской области, топливо через посредника закупила в том числе и государственная компания Lietuvos energijos tiekimas (теперь называется Ignitis) – это вызвало определенные споры внутри правительства относительно того, не создает ли это угрозы энергетической безопасности страны.

Представитель госэнергохолдинга Lietuvos energija, в который входит LET, вынужден был оправдываться. Он заявил, что группа работает в условиях обостряющейся конкуренции и ищет самый дешевый газ, кроме того, импортирует топливо из других источников, повышает конкуренцию российскому "Газпрому". "Закупки, из какого бы источника они ни были, мы расцениваем как повышение конкуренции "Газпрому" и ценовое давление", – говорил директор по международному развитию Lietuvos energija Мантас Микалаюнас.

С тех пор российский СПГ в Литве закупает только завод по производству удобрений Achema. По данным оператора терминала Клайпедского терминала СПГ - компании Klaipedos nafta, рыночная доля "Новатэка" составила 13% импортированного газа.

В начале февраля 2020 года Департамент госбезопасности Литвы и военная разведка в своем отчете заявили, что импорт СПГ из России через Клайпедский порт создает угрозу энергетической независимости Литвы. "Новатэк" теснейшим образом связан с Кремлем, и цель компании – закрепиться на рынке балтийских стран, говорится в документе.

Однако против такой позиции выступил сам премьер-министр Литвы Саулюс Сквернялис, который указал, что количество газа "Новатэка", импортируемого через Клайпеду, не так велико, чтобы создавать угрозу энергетической самостоятельности, а приход этого игрока на рынок позволил снизить цену на газ.

"Я бы увидел угрозу, если бы мы приблизились к критическому пределу, когда можно было бы говорить о монополизации рынка, как это было с "Газпромом. В данном случае этого совершенно нет, объемы невелики, более того, благодаря появлению этого поставщика удалось добиться снижения цен других поставщиков, и в противном случае мы бы не могли похвастаться такими ценами, по которым сейчас поступают по морю грузы сжиженного газа", – сказал глава правительства.

33709
Теги:
СПГ, Литва
По теме
Литва открывает дорогу российскому СПГ: контракт с норвежцами стал ненужным
Солозобов рассказал о закулисной стороне сделки с терминалом СПГ в Литве
В Литве рассказали, когда возможен запрет импорта российского СПГ
Литва готова платить "входной тариф" в Латвию ради сбыта СПГ в Финляндию
Топливораздаточная колонка на автозаправочной станции

Как изменились цены на бензин в странах Балтии за неделю

125
(обновлено 10:32 10.04.2021)
На прошлой неделе в Риге и Вильнюсе цены на топливо выросли, а в Таллине подешевело дизельное топливо

РИГА, 10 апр — Sputnik. В конце рабочей недели самый дорогой бензин был в Таллине, за ним следовала Рига, а самый дешевый бензин был в Вильнюсе. Самая высокая цена на дизельное топливо, несмотря на падение цен, была в Таллине, а самая низкая - в Вильнюсе.

На АЗС Circle K в Риге цена бензина 95-й марки и дизельного топлива выросла на 0,8 процента и в пятницу составляла 1,287 евро и 1,187 евро за литр соответственно.

В Вильнюсе бензин 95-й марки подорожал на 1,3 процента - до 1,264 евро за литр, а дизельное топливо подорожало на 0,3 процента и стоило 1,135 евро за литр.

На автозаправочных станциях Circle K в Таллине цена бензина 95-й марки не изменилась и составила 1,389 евро за литр, а цена дизельного топлива снизилась на 3,2 процента - до 1,199 евро за литр.

Цены на автогаз в Риге и Вильнюсе остались стабильными и составляют 0,645 евро и 0,619 евро соответственно. В Таллине автогаз подешевел на 1,5 процента до 0,66 евро за литр.

125
Теги:
цена, Таллин, Рига, Вильнюс, бензин
По теме
Бензин и дизельное топливо в Риге начали дорожать
Цены на топливо в странах Балтии выросли, но самый дорогой бензин не в Риге
Топливо и продукты в Латвии подорожают
Нарвский замок и Ивангородская крепость

Без границ: над Нарвой пройдет российско-эстонский джазовый концерт

517
(обновлено 17:53 09.04.2021)
В условиях пандемии, когда поездки между Россией и Эстонией практически невозможны, музыканты сыграют на двух берегах Нарвы

РИГА, 9 апр — Sputnik. В Международный день джаза, 30 апреля, на границе между Эстонией и Россией состоится уникальный джазовый концерт "Музыка без границ", сообщает Euromag.

Джазмены Яак Соояэр и Алексей Круглов сыграют концерт над рекой Нарвой: эстонский музыкант выступит в полубастионе "Спес" Нарвской крепости, а его российский коллега - напротив, на Колодезной башне в Ивангородской крепости.

"Встреча музыкантов над Нарвой – символ того, что даже в условиях пандемии, когда физическое передвижение между странами практически невозможно, между людьми нет границ", – говорят о проекте его создатели.

Алексей Круглов – саксофонист, композитор, режиссер, поэт, актер, основатель группы "Круглый Бенд", организатор фестиваля Leo Records Festival in Russia, один из лидеров импровизационной музыки в России. Яак Соояэр – гитарист, композитор, основатель Джазовой федерации Эстонии, один из ведущих балтийских музыкантов.

Алексей Круглов и Яак Соояэр сотрудничают с 2007 года. Они с успехом представляли совместные проекты на многих фестивалях в России и Эстонии, гастролировали в США, Великобритании, Австрии, Франции, Финляндии, Китае. Альбом их квартета Sea Colours был признан "Открытием года" в опросах журнала Jazzthetik в 2012 году. Альбом "Могучая кучка" занял второе место года по версии британского AP Reviews в 2015 году. Альбом "Чайковский" занял третье место в номинации "Лучшие альбомы 2020 года" в опросах журнала InRock.

Импровизаторы исполнят авторские произведения, а также музыку из различных программ своего квартета. В частности, прозвучат композиции из их альбомов "Могучая кучка" и "Чайковский": дуэт исполнит композиции Модеста Мусоргского "Старый замок", Николая Римского-Корсакова "Полет шмеля", Анданте из Пятой симфонии Петра Чайковского, а также пьесу Георгия Милютина "Тайга".

Начало концерта в 15:00. Выступление будет записываться на видео, а зрителями смогут стать все, кто живет и находится вблизи двух крепостей. Мероприятие проводится при поддержке посольства Эстонии в Москве.

517
Теги:
Ивангород, Нарва, Эстония, Россия
Прохожий на площади Независимости в Киеве

"Это невозможно": кто захватил власть под боком у России

0
(обновлено 18:49 11.04.2021)
На днях в международном мультимедийном пресс-центре "Россия сегодня" была представлена своеобразная антология — книга М. Григорьева и Д. Саблина "Обыкновенный фашизм: украинские военные преступления и нарушения прав человека (2017-2020)"

После того, как пресс-секретарь президента России Д. Песков вновь упомянул в качестве недопустимого сценария развития обострения на Украине Сребреницу (первым это сделал сам В. В. Путин) — украинский вице-премьер А. Резников заявил, что "Сребреница невозможна", так как "насильно освобождать свои территории Украина не будет", пишет Виктор Мараховский для РИА Новости.

Это противоречит боевым заявлениям официального Киева же двухнедельной давности, но к этому все привыкли. Если бы Украина существовала как субъект, способный к какой-то последовательности, не было бы "трехсторонних переговоров по Украине без Украины".

Однако проблема в том, что отсутствие Украины как дееспособного субъекта не отменяет Украины как проблемы.

И поэтому важно понимать, чем она, в сущности, сейчас является на самом деле.

На днях в международном мультимедийном пресс-центре "Россия сегодня" была представлена своеобразная антология — книга М. Григорьева и Д. Саблина "Обыкновенный фашизм: украинские военные преступления и нарушения прав человека (2017-2020)".

Авторы книги не только перечисляют жуткие факты. Они также попробовали найти исторический аналог той формации, которая сложилась на Украине после госпереворота 2014-го.

Ближайшая аналогия, найденная ими, — это Латинская Америка второй половины XX века и ее квазифашистские режимы: банановые хунты, эскадроны смерти, тотальная цензура медийного пространства и охота на инакомыслящих.

Впрочем, конечно, есть и отличия.

Типичная латиноамериканская страна 1960-х — это страна, только что вывалившаяся из колониальной эпохи, страна с четким, как торт "Три шоколада", расслоением населения: внизу бесправные индейцы, над ними местные латифундисты, потомки испанских колонизаторов, и обслуга различных "юнайтед фрутс", над ними — собственно американские хозяева местных монополий по добыче ископаемых или закупке кофе. Среди бесправных индейцев начинают распространяться социалистические идеи, белые господа начинают нервничать, латифундисты организуют эскадроны смерти и начинают убивать партизан, родственников партизан, сочувствующих, диссидентов, священников и далее по списку. Все это маркируется как "священная борьба с коммунизмом", и хотя священные борцы откровенно зигуют и именуют себя какими-нибудь Белыми Воинами — американцы прощают им этот маленький недостаток.

Украина же — это сценарий во многом обратный, похожий на реверсированное время из х/ф "Довод": эта республика с населением почти как у Франции вывалилась не из колониальной, а индустриальной эпохи. И вывалилась с таким количеством промышленного, научно-производственного, сельскохозяйственного и цивилизационного ресурса, что деградация государственности там поначалу шла относительно плавно и безболезненно. Ибо даже в деградирующем государстве, если ресурс велик, цивилизация еще долго не сдает своих позиций: где-то, конечно, идут бандитские войны за предприятия, угодья и даже болота (в них ценный янтарь), где-то исчезают НПО и лаборатории, но люди остаются — и люди продолжают действовать по инерции так, как привыкли. То есть транспорт ходит, обучаются врачи и физики, какие-то бюрократы выделяют по привычке деньги на культуру, Новый год и День Победы, ведется судопроизводство и даже ловят часть бандитов.

Однако у цивилизации — вернее, у людей, являющихся ее носителями, — есть свой временной ресурс. И он неизбежно вырабатывается, если его не восполнять.

В случае Украины это восполнение цивилизационного ресурса было убито идеологической дерусификацией, которая поначалу казалась самим украинцам вполне скромной платой за внутреннюю стабильность и национальный мир.

Подобно тому, как банановые республики в плачевное состояние погрузил страх начальства перед мировым коммунизмом — на Украине "цивилизационная дерусификация" проводилась по общей для Восточной Европы кальке максимальной дезинтеграции с Россией.

Об этом написано много: пиар Веков Колониального Гнета, раскрутка Национальной Пострадатости, создание специальных близнецов-институтов национальной памяти (империй дурных воспоминаний, пиарящих века русского гнета) и бешеное строительство национальной идентичности из местного сельского фолка — повторялось всюду, от Прибалтики до Закавказья.

Цель ставилась простая: сделать политическое пространство постсоветских республик немыслимым для того, чтобы в нем вновь возродились интеграционные процессы. Поэтому постсоветские республики обязаны были самоотпиливаться от России по всем фронтам — культурно, языково, исторически.

Естественно, такая дерусификация могла быть только борьбой с цивилизацией (борьбой "исконной деревни" с "советским городом" в широком смысле слова). Но мало где это привело к столь печальным последствиям, как на Украине, поскольку ей в ходе отказа от всего общего с Россией пришлось самоотпиливаться от себя самой.

Дело не только в русском языке, на котором говорили (и во многом продолжают говорить, хотя зачастую уже куда безграмотнее) украинские города, — удалять пришлось еще и его понятийную нагрузку, его смысловое содержание. Республику начали постепенно выгонять из ее собственной русской истории, отделять от ее деятелей, гениев, подвигов и базовых понятий. От Гоголя, от Паскевича, от Королева, от Булгакова, а на последних этапах уже и от Великой Отечественной и Победы в ней.

От цивилизации, закрепленной в понятийном языке и повседневной системной практике, — в пользу сверхактивного, чуждого большинству даже по языку и вере "западенского" боевого меньшинства, приватизировавшего на себя национальную идентичность "украинец".

Фактически между чиновно-бизнесовыми кланами и нациками был заключен договор о разделе Украины: кланам досталась экономика, а западенцам гуманитарка (культура, идеология, история, языковая политика). Схема оказалась вполне продуктивной: "бандеровцы" успешно работали на запугивание электората (что западного, что восточного), продавливая свои тезисы в качестве "новой нормы", а кланы пилили огромный ресурс.

Процесс этот, кстати, начался еще в 90-х, продолжился в нулевые — но до поры до времени продвижение и раскрутка этого боевого меньшинства компенсировались огромным запасом стабильности. Из-за этого вопросы, на самом деле бывшие сверхважными, самим украинцам, лишаемым цивилизации понемногу, казались глубоко третьестепенными.

"Ой, да господи, — отмахивались крутые украинские эксперты еще в 2013-м, — ну какая разница, что политик Икс там несет про защиту мовы, крещеную мокшу на востоке и Голодомор. Это ж все риторика, у него самого фабрика в Липецке и куча друзей в Москве, все всё порешают. Важно другое! Важно, что сейчас олигарх Полторашко продвигает через свою карманную прокуратуру дело против олигарха Вайнберга, а тот асимметрично ему отвечает, напустив на него нациков".

Но вот пришел 2014-й — и обветшавший каркас цивилизации вдруг перестал все это сдерживать, и взорвался переворотом и кровавой бойней.

Его обрушило даже не варварство в его классическом смысле — и не нацизм в его классическом виде: его обрушили банальные приватизаторы и банды гопников со знойным этнографическим колоритом.

Внезапно единственная органическая цивилизация Украины ("русская", "советская", "имперская") оказалась в положении, так сказать, белых гетеросексуальных мужчин-христиан в Америке: она стала токсичной, то есть заранее во всем виноватой. И уж конечно, достойной попрания во всех формах.

Практически это попрание выразилось в том, что Украина резко вышла из повиновения собственным скучным формальностям — вроде законов, государственного планирования и любых казенных нормативов, вырабатываемых "для пользы страны", а не только для чьего-то лоббирования. То, что придавало государству форму, за годы истончилось до необязательной обертки — и обертка порвалась.

В итоге почти весь украинский "официоз" сегодня — демонстрационный. Великие планы государства обычно исчерпываются их анонсами. За любыми пафосными ультиматумами и идейными баталиями прячется борьба хозяйствующих субъектов, причем борьба вечная и непрерывная, требующая непрерывного же скандала. Все очень азартно и зачастую очень доходно, но совершенно бессмысленно с точки зрения интересов системы.

Сегодня, в 2021 году, на Украине по-настоящему реальны только эти самые споры хозяйствующих субъектов, а также боевые бригады, аффилированные с их хозяевами, и человеческие жизни, приносимые в жертву их разборкам. Все остальное — понарошку, необязательно и легко отменяется задним числом.

Скажем, президент и министр здравоохранения в октябре 2020-го заявляют об уже-почти-готовой разработке крутой собственной вакцины от коронавируса — и они же в марте 2021 года сообщают, что вакцины никакой нет и не было (речь идет о десятках и сотнях тысяч жизней, подумаешь).

Глава Вооруженных сил 30 марта заявляет, что наступление на Донбасс готово — и он же 9 апреля заявляет, что оно "приведет к гибели большого числа людей и неприемлемо" (мир с легким ужасом смотрит на Донбасс, там уже гибнут люди, ну и что, такая мелочь).

Поэтому если мы узнаем из какого-нибудь очередного инсайда, что вся кровавая история с нынешним обострением вокруг Донбасса во внутренней "политической" реальности самой Украины была просто очередным диким шоу для прикрытия какой-то очередной войны баронских кланов — у нас не будет причин удивляться.

То, что бурлит на Украине, неслучайно производит невыносимо много гвалта и пафоса по поводу и без.

Это не малоросская эмоциональная избыточность — это тупо гопнический надрыв. У этого надрыва теперь есть флаг, герб, посольства в столицах настоящих государств, территория и крыша, но на его территории остается чем дальше, тем меньше того цивилизационного начала, которое делает государство дееспособным, — что во внешнем мире, что внутри себя.

...Отменяет ли эта поп-гоп-шоу-природа нынешнего украинского строя наличие явно нацистских элементов публичной идеологии и нацистских настроений?

Нет, ничуть.

Просто нацистские элементы там — не системообразующие, а служебные. Наци на Украине непрерывно прессуют врагов "национальной идеи" не потому, что в самом деле строят какой-то этнорейх (об этом в стране с катастрофической, но продолжающей падать рождаемостью и зашкаливающей эмиграцией говорить просто неуместно), а потому, что национал-истерика — это главный инструмент политической борьбы, оставшийся после отказа от цивилизации. Национал-истерику можно врубать, когда нужно заткнуть два-три телеканала, или запретить партию, или отжать у кого-нибудь предприятие — а кто будет возмущаться, за тем придут активисты.

Украина, которую мы видим и слышим сегодня со стороны, — есть, конечно, просто имитация политического субъекта. Азартная, местами даже фанатичная и порой очень кровавая — но имитация. Что-то вроде коллектива жуликов, изображающих для внешних и внутренних зрителей государство, идеологию, даже войну — и для убедительности периодически убивающего.

Очень хочется надеяться, что у этого коллектива хватит если не ума, то инстинкта самосохранения, чтобы не переходить красные линии — и не вынуждать настоящую цивилизацию решать его как проблему.

0
Теги:
Украина, Россия
По теме
Власти Украины мечтают захватить Крым и избавиться от россиян
Наталья Поклонская о самом страшном дне, покушении, Украине и прощании с дочерью
Выжить без тепла и света: Зеленский нашел задание Литве и Украине