Пленарное заседание зимней сессии ПАСЕ

ПАСЕяли, да не взошло. Европейцы не поддержали "Балтик плюс"

10483
(обновлено 16:00 01.02.2020)
Удар по российской делегации в ПАСЕ нанесли сразу с двух плацдармов: человек с литовским именем Эмануэлис и литовской фамилией Зингерис и человек с латышским именем Мария и латышской фамилией Голубева. От их увесистых поводов России было не увернуться

Крепкие и добротные инициативы прибалтийских политиков, хоть и опирались на могучие плечи партнеров, но разбились о практичных и скучных европейцев, отмечает автор радио Sputnik Петр Малеев. Те не поддержали свежую идею ограничить права российской делегации в ПАСЕ.

Зимняя сессия в ПАСЕ не обещала быть холодной. Некоторые готовились и тренировались не на шутку. Чистили салазки, гнули лыжи, крепили резинки к варежкам, вязали шарфы. Образовавшаяся вместе с осенним листопадом инициативная группа "Балтик плюс" должна была явить европейскому миру свое могущество.

Контрудар по российской делегации в ПАСЕ был нанесен с двух плацдармов по сходящимся направлениям. Депутат от патриотической партии Литвы, человек с литовским именем Эмануэлис и литовской фамилией Зингерис озаботился несоблюдением Россией решений ЕСПЧ. Депутат от либеральной партии Латвии, человек с латышским именем Мария и латышской фамилией Голубева озаботилась депутатами из Крыма в российской Госдуме.

От этих увесистых поводов России было не увернуться. Чтобы статья пошла в тираж, нужно было заручиться поддержкой 30 депутатов из пяти стран. Тут как раз пригодилось мощное объединение "Балтик плюс". Страны Плюсбалтики (Латвия, Литва, Эстония, Цеевропа и Джорджия) мигом собрали нужное количество подписантов. В дружественные СМИ были разосланы повестки в виде либретто. Операции с кодовыми названиями "Зингерис" и "Маруся" должны были ухватить колосса за глиняные ноги.

Как на любом уважающем себя собрании, креативная группа "Балтик Плюс" только сказала, что надо сделать. А вот именно "сделать" все должны были европейские депутаты. Они должны были воспылать благородной яростью от ужасов режима, который творится в стране, из которой приехала российская делегация. И, нажав кнопки, немедленно отрубить этой делегации руки, чтобы ограничить ее полную мочь.

Конечно, циники предупреждали, что после всей истории с восстановлением членства России в ПАСЕ, данная затея больше напоминает абсурд. Они сетовали на то, что нахождение украинской делегации в этом новообразовании скорее ослабляет его и делает, как сейчас модно говорить, токсичным. Но что делать, если этот "плюс" ради плюса и создавался?

В итоге все закончилось не просто плохо, а хуже. Машинка "Зингерис" иголочку сломала. Операция "Маруся" тоже провалилась. Эти чопорные европейские рожи не только не поддержали веселые начинания "а давайте снова в ту же лужу".

Более того, "Плюсбалтику" еще и толсто потроллили, назначив руководителя российской делегации Петра Толстого вице-спикером ассамблеи. Это, товарищи, ни в какие ворота. Можете не поддерживать, можете не отстаивать свои ценности, можете даже не соглашаться, но… Но вот издеваться-то зачем? Вам там во франциях с германиями с Россией легко: сегодня дружим, завтра не дружим. У нас так не пошарахаешься, наш плюс полностью заточен на минус. Могли бы и как-то с пониманием к этому отнестись.

10483
Теги:
Россия, Литва, Латвия, ПАСЕ
Тема:
Возвращение России в ПАСЕ и беззубый бойкот "Балтик плюс" (44)
Марко Михкельсон

Дурман и "противосила". Как эстонский политик собрался сдерживать РФ

51
(обновлено 19:07 12.04.2021)
Заставить Россию "заниматься своими делами" вознамерился эстонский парламентарий Марко Михкельсон - повсюду видит он происки коварной Москвы

Крайне интересно узнать, что втайне от общественности попивает и покуривает на террасе своего дома глава комитета парламента Эстонии по иностранным делам Марко Михкельсон, отмечает автор радио Sputnik Николай Николаев. Потому как складывается впечатление, что упомянутый господин достиг такой раскрепощенности сознания, которой в обычных условиях добиться трудно.

Повсюду видит он происки коварной России ‒ куда ни глянет, там и увидит. И потом противостоит ‒ твердо и решительно. Натягивает на себя военный мундир с эполетами, завалявшийся после празднования Нового года, позванивая шпорами, идет к обеденному столу. А там расстелена большая карта Эстонии и прилегающих к ней территорий.

Упирается Михкельсон рукою в бок, а затем после короткого раздумья достает из картонной коробки оловянных солдатиков и выстраивает их красивыми рядами вдоль границы с Россией. "Сегодня воюем с русскими!" – произносит он громко и раскатисто, затем слегка икает и отстраняется от стола, чтобы оглядеть картину грядущей баталии целиком.

Переходит на другую сторону стола, чтобы солдаты видели его пылающее вдохновением лицо, и произносит речь о том, что, мол, вперед, друзья. На врага! Ура! И все тонет в облаке дыма, в котором ему мерещатся новые сражения, и он на белом коне на поле брани...

Подобные мысли вызывает недавнее выступление господина Марко Михкельсона в программе "Субъективно с Яникой Мерило". Там он заявил, что у Эстонии есть возможность противостоять России в военном плане, главное – построить некую "противосилу". Что это за "противосила" такая, он, конечно, умолчал, вероятно, это какое-то секретное эстонское оружие на велосипедной тяге.

Затем парламентарий многозначительно подмигнул журналистке, а она подмигнула ему в ответ: мол, понимаю тебя и одобряю, мой герой! И тогда, разгоряченный этими действиями представительницы прекрасного пола, наш храбрый Марко добавил, что надо поработать на международном уровне, чтобы эта Россия "занималась своими делами". И, как говорится, бог и НАТО нам в помощь! И еще добавил какое-то количество воинственных слов для поддержания произведенного эффекта.

Ну, что тут сказать, что возразить эстонскому герою, как достучаться до его затуманенного разума? А может, не стоит тратить на него силы? Узнать почтовый адрес домовладения сего политика и послать ему бандерольку с книжкой басен Крылова, в которой закладкой выделить одну: "Слон и Моська".

51
Теги:
политики, Россия, Эстония
Прохожий на площади Независимости в Киеве

"Это невозможно": кто захватил власть под боком у России

456
(обновлено 18:49 11.04.2021)
На днях в международном мультимедийном пресс-центре "Россия сегодня" была представлена своеобразная антология — книга М. Григорьева и Д. Саблина "Обыкновенный фашизм: украинские военные преступления и нарушения прав человека (2017-2020)"

После того, как пресс-секретарь президента России Д. Песков вновь упомянул в качестве недопустимого сценария развития обострения на Украине Сребреницу (первым это сделал сам В. В. Путин) — украинский вице-премьер А. Резников заявил, что "Сребреница невозможна", так как "насильно освобождать свои территории Украина не будет", пишет Виктор Мараховский для РИА Новости.

Это противоречит боевым заявлениям официального Киева же двухнедельной давности, но к этому все привыкли. Если бы Украина существовала как субъект, способный к какой-то последовательности, не было бы "трехсторонних переговоров по Украине без Украины".

Однако проблема в том, что отсутствие Украины как дееспособного субъекта не отменяет Украины как проблемы.

И поэтому важно понимать, чем она, в сущности, сейчас является на самом деле.

На днях в международном мультимедийном пресс-центре "Россия сегодня" была представлена своеобразная антология — книга М. Григорьева и Д. Саблина "Обыкновенный фашизм: украинские военные преступления и нарушения прав человека (2017-2020)".

Авторы книги не только перечисляют жуткие факты. Они также попробовали найти исторический аналог той формации, которая сложилась на Украине после госпереворота 2014-го.

Ближайшая аналогия, найденная ими, — это Латинская Америка второй половины XX века и ее квазифашистские режимы: банановые хунты, эскадроны смерти, тотальная цензура медийного пространства и охота на инакомыслящих.

Впрочем, конечно, есть и отличия.

Типичная латиноамериканская страна 1960-х — это страна, только что вывалившаяся из колониальной эпохи, страна с четким, как торт "Три шоколада", расслоением населения: внизу бесправные индейцы, над ними местные латифундисты, потомки испанских колонизаторов, и обслуга различных "юнайтед фрутс", над ними — собственно американские хозяева местных монополий по добыче ископаемых или закупке кофе. Среди бесправных индейцев начинают распространяться социалистические идеи, белые господа начинают нервничать, латифундисты организуют эскадроны смерти и начинают убивать партизан, родственников партизан, сочувствующих, диссидентов, священников и далее по списку. Все это маркируется как "священная борьба с коммунизмом", и хотя священные борцы откровенно зигуют и именуют себя какими-нибудь Белыми Воинами — американцы прощают им этот маленький недостаток.

Украина же — это сценарий во многом обратный, похожий на реверсированное время из х/ф "Довод": эта республика с населением почти как у Франции вывалилась не из колониальной, а индустриальной эпохи. И вывалилась с таким количеством промышленного, научно-производственного, сельскохозяйственного и цивилизационного ресурса, что деградация государственности там поначалу шла относительно плавно и безболезненно. Ибо даже в деградирующем государстве, если ресурс велик, цивилизация еще долго не сдает своих позиций: где-то, конечно, идут бандитские войны за предприятия, угодья и даже болота (в них ценный янтарь), где-то исчезают НПО и лаборатории, но люди остаются — и люди продолжают действовать по инерции так, как привыкли. То есть транспорт ходит, обучаются врачи и физики, какие-то бюрократы выделяют по привычке деньги на культуру, Новый год и День Победы, ведется судопроизводство и даже ловят часть бандитов.

Однако у цивилизации — вернее, у людей, являющихся ее носителями, — есть свой временной ресурс. И он неизбежно вырабатывается, если его не восполнять.

В случае Украины это восполнение цивилизационного ресурса было убито идеологической дерусификацией, которая поначалу казалась самим украинцам вполне скромной платой за внутреннюю стабильность и национальный мир.

Подобно тому, как банановые республики в плачевное состояние погрузил страх начальства перед мировым коммунизмом — на Украине "цивилизационная дерусификация" проводилась по общей для Восточной Европы кальке максимальной дезинтеграции с Россией.

Об этом написано много: пиар Веков Колониального Гнета, раскрутка Национальной Пострадатости, создание специальных близнецов-институтов национальной памяти (империй дурных воспоминаний, пиарящих века русского гнета) и бешеное строительство национальной идентичности из местного сельского фолка — повторялось всюду, от Прибалтики до Закавказья.

Цель ставилась простая: сделать политическое пространство постсоветских республик немыслимым для того, чтобы в нем вновь возродились интеграционные процессы. Поэтому постсоветские республики обязаны были самоотпиливаться от России по всем фронтам — культурно, языково, исторически.

Естественно, такая дерусификация могла быть только борьбой с цивилизацией (борьбой "исконной деревни" с "советским городом" в широком смысле слова). Но мало где это привело к столь печальным последствиям, как на Украине, поскольку ей в ходе отказа от всего общего с Россией пришлось самоотпиливаться от себя самой.

Дело не только в русском языке, на котором говорили (и во многом продолжают говорить, хотя зачастую уже куда безграмотнее) украинские города, — удалять пришлось еще и его понятийную нагрузку, его смысловое содержание. Республику начали постепенно выгонять из ее собственной русской истории, отделять от ее деятелей, гениев, подвигов и базовых понятий. От Гоголя, от Паскевича, от Королева, от Булгакова, а на последних этапах уже и от Великой Отечественной и Победы в ней.

От цивилизации, закрепленной в понятийном языке и повседневной системной практике, — в пользу сверхактивного, чуждого большинству даже по языку и вере "западенского" боевого меньшинства, приватизировавшего на себя национальную идентичность "украинец".

Фактически между чиновно-бизнесовыми кланами и нациками был заключен договор о разделе Украины: кланам досталась экономика, а западенцам гуманитарка (культура, идеология, история, языковая политика). Схема оказалась вполне продуктивной: "бандеровцы" успешно работали на запугивание электората (что западного, что восточного), продавливая свои тезисы в качестве "новой нормы", а кланы пилили огромный ресурс.

Процесс этот, кстати, начался еще в 90-х, продолжился в нулевые — но до поры до времени продвижение и раскрутка этого боевого меньшинства компенсировались огромным запасом стабильности. Из-за этого вопросы, на самом деле бывшие сверхважными, самим украинцам, лишаемым цивилизации понемногу, казались глубоко третьестепенными.

"Ой, да господи, — отмахивались крутые украинские эксперты еще в 2013-м, — ну какая разница, что политик Икс там несет про защиту мовы, крещеную мокшу на востоке и Голодомор. Это ж все риторика, у него самого фабрика в Липецке и куча друзей в Москве, все всё порешают. Важно другое! Важно, что сейчас олигарх Полторашко продвигает через свою карманную прокуратуру дело против олигарха Вайнберга, а тот асимметрично ему отвечает, напустив на него нациков".

Но вот пришел 2014-й — и обветшавший каркас цивилизации вдруг перестал все это сдерживать, и взорвался переворотом и кровавой бойней.

Его обрушило даже не варварство в его классическом смысле — и не нацизм в его классическом виде: его обрушили банальные приватизаторы и банды гопников со знойным этнографическим колоритом.

Внезапно единственная органическая цивилизация Украины ("русская", "советская", "имперская") оказалась в положении, так сказать, белых гетеросексуальных мужчин-христиан в Америке: она стала токсичной, то есть заранее во всем виноватой. И уж конечно, достойной попрания во всех формах.

Практически это попрание выразилось в том, что Украина резко вышла из повиновения собственным скучным формальностям — вроде законов, государственного планирования и любых казенных нормативов, вырабатываемых "для пользы страны", а не только для чьего-то лоббирования. То, что придавало государству форму, за годы истончилось до необязательной обертки — и обертка порвалась.

В итоге почти весь украинский "официоз" сегодня — демонстрационный. Великие планы государства обычно исчерпываются их анонсами. За любыми пафосными ультиматумами и идейными баталиями прячется борьба хозяйствующих субъектов, причем борьба вечная и непрерывная, требующая непрерывного же скандала. Все очень азартно и зачастую очень доходно, но совершенно бессмысленно с точки зрения интересов системы.

Сегодня, в 2021 году, на Украине по-настоящему реальны только эти самые споры хозяйствующих субъектов, а также боевые бригады, аффилированные с их хозяевами, и человеческие жизни, приносимые в жертву их разборкам. Все остальное — понарошку, необязательно и легко отменяется задним числом.

Скажем, президент и министр здравоохранения в октябре 2020-го заявляют об уже-почти-готовой разработке крутой собственной вакцины от коронавируса — и они же в марте 2021 года сообщают, что вакцины никакой нет и не было (речь идет о десятках и сотнях тысяч жизней, подумаешь).

Глава Вооруженных сил 30 марта заявляет, что наступление на Донбасс готово — и он же 9 апреля заявляет, что оно "приведет к гибели большого числа людей и неприемлемо" (мир с легким ужасом смотрит на Донбасс, там уже гибнут люди, ну и что, такая мелочь).

Поэтому если мы узнаем из какого-нибудь очередного инсайда, что вся кровавая история с нынешним обострением вокруг Донбасса во внутренней "политической" реальности самой Украины была просто очередным диким шоу для прикрытия какой-то очередной войны баронских кланов — у нас не будет причин удивляться.

То, что бурлит на Украине, неслучайно производит невыносимо много гвалта и пафоса по поводу и без.

Это не малоросская эмоциональная избыточность — это тупо гопнический надрыв. У этого надрыва теперь есть флаг, герб, посольства в столицах настоящих государств, территория и крыша, но на его территории остается чем дальше, тем меньше того цивилизационного начала, которое делает государство дееспособным, — что во внешнем мире, что внутри себя.

...Отменяет ли эта поп-гоп-шоу-природа нынешнего украинского строя наличие явно нацистских элементов публичной идеологии и нацистских настроений?

Нет, ничуть.

Просто нацистские элементы там — не системообразующие, а служебные. Наци на Украине непрерывно прессуют врагов "национальной идеи" не потому, что в самом деле строят какой-то этнорейх (об этом в стране с катастрофической, но продолжающей падать рождаемостью и зашкаливающей эмиграцией говорить просто неуместно), а потому, что национал-истерика — это главный инструмент политической борьбы, оставшийся после отказа от цивилизации. Национал-истерику можно врубать, когда нужно заткнуть два-три телеканала, или запретить партию, или отжать у кого-нибудь предприятие — а кто будет возмущаться, за тем придут активисты.

Украина, которую мы видим и слышим сегодня со стороны, — есть, конечно, просто имитация политического субъекта. Азартная, местами даже фанатичная и порой очень кровавая — но имитация. Что-то вроде коллектива жуликов, изображающих для внешних и внутренних зрителей государство, идеологию, даже войну — и для убедительности периодически убивающего.

Очень хочется надеяться, что у этого коллектива хватит если не ума, то инстинкта самосохранения, чтобы не переходить красные линии — и не вынуждать настоящую цивилизацию решать его как проблему.

456
Теги:
Украина, Россия
По теме
Власти Украины мечтают захватить Крым и избавиться от россиян
Наталья Поклонская о самом страшном дне, покушении, Украине и прощании с дочерью
Выжить без тепла и света: Зеленский нашел задание Литве и Украине