Угловой дом в Риге

Бег в "мешках ЧК": месть, раскол и психология толпы

147
(обновлено 15:15 09.10.2018)
В Латвии, по-видимому, пытались придать признаниям в сотрудничестве с КГБ массовый характер и запустить сетевую кампанию, подобно известной #MeToo

РИГА, 9 окт — Sputnik, Михаил Губин. В год столетия Латвийской Республики издательство pietiek.com (переводится как "хватит.com" – это известный сайт журналистских расследований) выпустило две книги под общим названием "Чекисты и коммунисты". На самом деле это телефонные книги ЦК КПЛ, Президиума Верховного Совета, Совета министров и прочих учреждений и организаций Советской Латвии, в том числе и Комитета государственной безопасности.

Списки из первой книги относятся к середине восьмидесятых годов прошлого века, а второй – ближе к концу, самые перестроечные времена.

Интересно, что книги эти выпущены согласно решению Сейма, но раньше, чем оно было принято.

Дело в том, что 11 сентября в Сейме на заседании парламентской комиссии по правам человека и общественным делам произошел, как сообщила пресса, "разговор на повышенных тонах". Депутаты переругались, обнаружив, что из готовящегося закона об открытии "мешков ЧК" исчезло обещание опубликовать также штатное расписание работников КГБ.

Обменявшись обвинениями, члены комиссии поддержали предложение опубликовать все документы из пресловутых мешков – и список сотрудников КГБ, и картотеку внештатных оперативных работников, и алфавитный список агентов, и так далее.

Самое интересное здесь то, что в Латвии есть только примерный список штатного состава КГБ, составленный Бюро защиты Конституции, который документом КГБ не является. Поэтому комиссия Сейма решила опубликовать телефонную книгу КГБ Латвийской ССР 1988 года. Которая уже и так вышла в книге "Чекисты и коммунисты". Так сказать, подарок в столетию государства.

Четвертого октября на последнем заседании Сейма перед парламентскими выборами были приняты поправки к закону о том, что документы КГБ, они же "мешки ЧК", должны быть публично доступны. На сайте Национального архива. Сначала картотека информаторов и телефонная книга, а потом, до первого мая следующего года, и остальные - с научными комментариями. Поправки поддержал 71 депутат, теперь их должен провозгласить президент.

Не только мешки

"Мешков ЧК", о которых так много говорят с девяностых годов, на самом деле только два. Это материалы, которые в 1991 году КГБ не успел переправить в Москву из-за августовского путча. В мешки упакована прошитая и опечатанная алфавитная картотека агентуры КГБ, а также так называемая статистическая картотека в двух дипломатах, тоже прошитых и опечатанных. Остальное – документы оперативного учета, оперативные дела – хранится в сейфе. Есть также диски и магнитные ленты, информация с которых было частично стерта, но потом восстановлена.

Все личные дела агентов были либо уничтожены, либо вывезены в Россию, в Латвии остались только учетные карточки. В них указаны: имя, фамилия, отчество, год рождения агента, адрес, место работы, образование, номер личного дела, псевдоним, дата вербовки, фамилия оперативного работника, который вербовал, и подпись начальника, который санкционировал вербовку.

Все это долгие годы хранилось в учреждении под названием Центр документации последствий тоталитаризма. Однако в кризисном 2008 году фиксирование Центра было сокращено, а он присоединен к Бюро защиты Конституции. Многолетний директор центра Индулис Зариньш ушел в отставку, так и не дождавшись публикации сберегаемых им документов.

Вайра против

А такие попытки предпринимались неоднократно. Пятнадцатого января 2004 года истек срок подачи предложений к поправкам к закону о сохранении документации бывшего КГБ. А 3 июня 2004 года исполнилось десять лет с момента принятия самого закона, то есть истек срок давности, после которого сведения о сотрудничестве человека с КГБ не могли быть использованы для ограничения его прав занимать государственные должности и баллотироваться на выборах в парламент и местные самоуправления.

Поэтому вопрос о "мешках ЧК" снова актуализировался. Ограничения продлили, а 19 мая Сейм неожиданно решил предать гласности документы архива КГБ. За предложение депутата от Союза зеленых и крестьян Леопольдса Озолиньша постановить, что документы КГБ подлежат использованию и публикации без ограничений, проголосовали 78 депутатов, против - девять, двое воздержались.

Предполагалось, что картотека агентов КГБ не будет опубликована в прессе или интернете, но любой сможет ознакомиться с ней в Центре документации последствий тоталитаризма, подав запрос.

Тогда в Сейме развернулась жаркая дискуссия. Противники открытия мешков указывали, что это принесет только вред. Так как среди информаторов могут оказаться ученые, отправлявшиеся на конференции за рубеж и поэтому вынужденные отчитываться КГБ. Намекали, что картотека оставлена чекистами специально, чтобы посеять раскол в латышском обществе. И что в оставшихся в Латвии архивах КГБ только пять тысяч карточек, тогда как на самом деле их более двадцати пяти тысяч. Были даже обвинения в использовании темы КГБ в предвыборных целях.

Президент Вайра Вике-Фрейберга не поддержала решение Сейма и вернула поправки к закону на доработку. Так как усмотрела в них противоречия.

Cоветник президента по юридическим вопросам Сандра Кукуле сообщила, что механизм выполнения принятых Сеймом поправок неясен и закон в принятой редакции выполняться не может. Депутаты и общественность не получили исчерпывающей информации о том, какой была структура органов КГБ, чем занимались его отделы и в каких целях вербовались агенты. При обсуждении вопроса не поднималась и тема людей, который попадали в картотеки спецслужб, сами об этом не зная.

Эксперты указали также на факты, когда благодаря агентам раскрывались уголовные дела и организованные преступления, и виновные наказывались. Такая информация может представлять угрозу для дальнейшей жизни этих людей, указала советник президента.

"Мешки ЧК" не принесут нам пользы", - уверял в 2004 году обозреватель газеты Diena Асколдс Родинс.

"До сих пор был в силе закон, по которому человека можно было призвать к ответственности за сотрудничество с КГБ лишь в том случае, если факт этого сотрудничества был доказан в судебном порядке.

С доказательствами не всегда шло гладко. Тем более удивительным кажется то истеричное легкомыслие, с которым депутаты проголосовали за открытие "мешков ЧК" для всех", - указывал журналист.

"Мы имеем "решение", основанное на психологии толпы, писала Diena. В картотеке КГБ, открыть которую решили депутаты, есть сведения о более чем четырех тысячах человек, возможно, сотрудничавших с органами. Можно предположить, что включает картотека публику весьма неоднородную - как ученых, составлявших обязательные отчеты после загранкомандировок, так и банальных стукачей, следивших за соседями, слушавшими "Голос Америки" или же просто недостаточно любившими советскую власть.

Дифференцировать этих людей почти невозможно, ибо персональные дела агентов находятся в России. Есть, например, сотни людей, добровольно признавших свою вину и давшие клятву впредь не вредить Латвийскому государству. Теперь они будут наказаны вторично. Есть дети и внуки умерших - теперь позор падет на их головы. А ведь неизбежная перемена в отношении окружающих - это тяжелое наказание, которое может тяжело повлиять на жизнь человека.

Ведь "мешки ЧК" - это не только зло, совершенное когда-то, они могут стать источником зла и в наши дни. Не исключено, что кто-то захочет сделать их просто орудием мести".

Тогда "мешки" открыты не были. Но депутаты не успокоились.

Литвиненко помог

Девятого мая 2006 года юридическая комиссия Сейма концептуально решила опубликовать список агентов КГБ, как экономических, так и идеологических, с указанием имени, отчества, фамилии агента, даты рождения, времени и места вербовки первого ноября в официальной газете Latvijas Vestnesis. Вместе с большой пояснительной статьей и указанием, что список из 4 тысяч 500 имен может быть неполным.

Но президент Вайра Вике-Фрейберга снова передала закон на повторное рассмотрение, так как, по мнению главы государства, предание гласности имен агентов без указания, в раскрытии каких именно преступлений они участвовали, может поставить под угрозу неприкосновенность личной жизни. Президент опять подчеркнула, что публикация всех без исключения данных картотек затронет интересы лиц, сотрудничавших со спецслужбами СССР в борьбе с организованной преступностью, коррупцией и другими тяжкими преступлениями, что не имело никакой связи с деятельностью КГБ в идеологической сфере и репрессиями в отношении диссидентов и борцов за независимость Латвии.

"В распоряжении Латвийского государства, к сожалению, нет дел агентов КГБ, которые позволили бы сделать выводы о мотивации, степени и обстоятельствах сотрудничества", – заключила Вике-Фрейберга.

Как ни странно, закрыть этот вопрос помогло так называемое дело Литвиненко. В Лондоне 23 ноября 2006 года от отравления полонием умер бывший сотрудник КГБ и ФСБ. А 3 декабря 2006 года депутат Леопольдс Озолиньш не начал сбор подписей для повторной подачи на рассмотрение Сейма законопроекта о публикации списков бывших агентов КГБ, как обещал ранее. Озолиньш сказал, что, когда внимание мировых СМИ привлечено к отравлению в Лондоне бывшего сотрудника российской спецслужбы, неподходящее время оглашать имена бывших агентов КГБ.

Тем не менее президент Вике-Фрейберга не избежала обвинений в сотрудничестве с чекистами и в том, что карточка с ее фамилией есть в пресловутых "мешках ЧК". Зарубежный художник и драматург Раймондс Стапранс в интервью журналу Rīgas Laiks назвал президента "прислужником КГБ номер один". Хотя еще в 1999 году она запросила у Центра документации последствий тоталитаризма справку о том, имеются ли в его распоряжении сведения по поводу ее сотрудничества с КГБ. Никаких связей обнаружено не было.

Подозрения вызвали неоднократные заявления президента, что раскрытие имен агентов КГБ – пустая трата времени, которая вызовет лишь негативные эмоции, и что документам КГБ нельзя доверять. Только в 2006 году президент сделала подобные заявления пять раз – 16 марта, 10 мая, 16 июня, 21 июня и 1 ноября. И три раза президент заворачивала законопроект о публикации содержимого "мешков ЧК".

#MeToo не вышло

И вот опять это содержимое хотят опубликовать. Отдельные агентурные карточки с именами известных людей всплывали и раньше.

Двадцать седьмого октября 1997 года Генеральной прокуратурой было получено заявление председателя фракции Latvijas Ceļš Андрея Пантелеевса. С просьбой возбудить уголовное дело Пантелеевс обратился после того, как две газеты — "Час" и Neatkarīga Rīta Avīze — опубликовали копию агентурной карточки агента КГБ на его имя. Cам он назвал эту карточку фальшивой.

Седьмого августа 1998 года прокуратура по делам реабилитации и спецслужб закончила досудебное расследование о возможном сотрудничестве бывшего премьер-министра Иварса Годманиса с КГБ и составила по результатам расследования заключение. По заключению прокуратуры, Иварс Годманис находился на учете в КГБ, однако не удалось доказать, что он являлся агентом КГБ.

Шестого августа 2003 года та же прокуратура констатировала осознанное и тайное сотрудничество депутата Сейма Арвидса Улме от Союза зеленых и крестьян с Комитетом государственной безопасности. Улме, несмотря на заключение прокуратуры, так и не признался в сотрудничестве с КГБ.

Было проведено 298 судебных процессов о возможном сотрудничестве с КГБ. Однако в большинстве случаев суд признал, что для констатации факта сотрудничества не хватает доказательств - наличие только карточки не может быть основой для признания такого факта. А все личные дела – в Москве.

Из латвийских политиков только министр иностранных дел Георгс Андреевс 4 июня 1994 года подал прошение об отставке в связи с тем, что был агентом КГБ.

Между тем в Эстонии бывшие работники КГБ могли до 1 апреля 1998 года сами сообщить об этом, и их имена не назывались. Списки не заявивших о сотрудничестве с КГБ в Эстонии публикуются несколько раз в год, но ни одного судебного процесса о констатации факта такого сотрудничества в Эстонии не было.

В Литве же бывшие работники КГБ с 1 февраля 2000 года в шестимесячный срок могли сами заявить об этом в специальную комиссию. Имена таких добровольцев не были обнародованы. По истечении срока были названы только имена нескольких малоизвестных в обществе людей.

А в Латвии, возможно, была предпринята попытка придать признанию в сотрудничестве с КГБ массовый характер и запустить сетевую кампанию, подобно известной #MeToo, когда множество женщин начали признаваться в том, были жертвами сексуального насилия. Этот хештег распространился в октябре 2017 года, а в декабре известный латышский поэт Янис Рокпелнис признался, что работал на КГБ под кодовым именем Микелис.

Явно ожидалось, что за ним облегчат душу и другие агенты, однако уже в феврале поэт разочарованно заявил: "Говорят, в картотеках есть данные о 600 деятелей культуры Латвии, а признался я один".

Возможно, скоро мы узнаем и других. А может быть, и нет.

147
Теги:
"мешки ЧК", КГБ
По теме
Эти безобразные мешки: сможем ли мы построить новую Латвию
Открыть сейчас или лучше сжечь: "мешки ЧК" снова вызвали споры в Сейме
Вы создадите виртуальную историю: президента попросят не открывать "мешки ЧК"
Постой, паровоз: Сейм проголосует за открытие "мешков ЧК" за два дня до выборов
Комментарии
Загрузка...